В наше время, в самом центре Лондона, жил человек по имени Джон. Он вернулся из Афганистана не таким, как уехал — война оставила на нем свой след, и теперь он передвигался с тростью. Родной город встретил его серым небом и чужими лицами.
Однажды в газете он нашел странное объявление. Искали соседа для съема квартиры на Бейкер-стрит. Автор, некто Шерлок Холмс, описывал условия с такой педантичностью, что это вызвало у Джона не интерес, а скорее удивление. Он позвонил.
Их встреча была неловкой. Холмс — высокий, нервный, с пронзительным взглядом — говорил быстро и много, почти не слушая ответов. Квартира была загромождена книгами, химическими приборами и нотами скрипичных мелодий. Джон, вопреки здравому смыслу, согласился переехать.
А в городе творилось нечто ужасное. С третьего месяца 2010 года полиция находила тела. Убийства были вычурными, лишенными логики, словно спектакли для избранной аудитории. Скотленд-Ярд топтался на месте, пресса кричала о серийном маньяке, а паника медленно разъедала город.
Инспектор Лестрейд, отчаявшись, пришел на Бейкер-стрит. Он говорил с Холмсом не как с детективом-консультантом, а как с последней надеждой. Тот, выслушав сухие факты, вдруг оживился. Его глаза загорелись холодным, цепким интересом.
— Элементарно, — пробормотал он, больше себе, чем присутствующим. — Картина ясна. Не хватает лишь нескольких деталей.
Джон наблюдал, как этот странный, не от мира сего человек, начинает раскладывать в уме хаос по полочкам. И понял — ответы, которые ищет весь Лондон, находятся здесь, в этой беспорядочной квартире, в голове его нового, гениального и совершенно невыносимого соседа.
